Совесть, время и квалификация

Порочное мышление российских врачей, фармакологическое рабство, изъяны профессионального образования, вопросы: «Почему не лечат, а калечат?», «Что должен знать пациент, обращаясь в государственные и частные клиники?»… Кратко о важном рассказал Александр Жарков, главный врач клиники здорового позвоночника «Здравствуйте» на Щелковской, травматолог-ортопед высшей категории, доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный работник здравоохранения РФ.

• Александр Павлович, можно сказать, какие именно заболевания опорно-двигательного аппарата наиболее характерны для наших современников?
• Бич времени – это патологии межпозвоночных дисков и коленных, бедренных суставов… Нельзя сказать, кто больше страдает – люди, которые занимаются физическим трудом или офисные работники. Механика человеческого тела изнашивается не так как часы. У нас все сложнее и хитрее. Пища, генетика, образ жизни, вредные и полезные привычки, нагрузки, качество воды — тут огромное количество переменных. Предположим, человек сторонник всего здорового и правильного, бегает по утрам, и у него начинается артроз суставов. В то же время мы сталкиваемся с дистрофическими поражениями позвоночника у детей. Почему? На эту тему не проводится каких-то серьезных исследований. Растет только абсолютное число. Заболевания опорно-двигательного аппарата занимают третье почетное место в хит-параде недугов.
• У человека болит спина, он приходит к врачу, что делает врач… хороший?
• Боль — всего лишь симптом. Моя задача – найти, из-за чего болит. Задача врача халатного — почитать заключение магнитно-резонансной томограммы и все свалить на позвоночник. И для этого пациента не надо раздевать, пальпировать. Я вообще не связываю боли в спине с состоянием диска. Распространен абсолютно ложный посыл, что происхождение боли непременно обусловлено грыжей. А это может быть проблема прилегающих тканей, гипертонуса мышц, всего, чего угодно! Операции, проводящиеся на дисках, как правило — излишняя мера. От боли можно избавить другими способами. Хирургическое удаление грыжи диска — вовсе не гарантия того, что боль пройдет. Получается, что пациента прооперировали, боль осталась, и он идет по новому кругу безысходности. Равнодушие в нашей медицине можно сравнить с бюрократическим документооборотом. Зачастую в районах поликлиниках задача максимум — найти название проблеме и принять формальные меры, например, выписать лекарства или дать направление на операцию. То есть «грыжей» называют все, что угодно, главное, чтобы вы ушли и больше не докучали. Я сталкивался с такими вариантами, когда на снимках не было никакой грыжи, но, тем не менее, ее указывали! Зачем думать, как помочь — проще написать и отделаться…
  Отдельная проблема — низкая квалификация врачей, расшифровывающих снимок МРТ. Сделать это адекватно может лишь 10% специалистов. Затем пациента «лечат», не раздевая, просто по описанию МРТ. Игнорируют его страдающее тело, которое по логике вещей подлежит осмотру. Часто ограничиваются тем, что рекомендуют противовоспалительные нестероидные. Они общего действия, не имеющее конкретной точки приложения. У него масса негативных «побочек». Вы вкалываете себе слоновую дозу, от которой ненадолго легчает, но страдают печень и почки. Препараты серии витаминов B, повышают проходимость нейронов – т.е. болеть у вас будет больше. Я не понимаю таких коллег.
• Кажется, что после «грыжи», второе модное слово «остеохондроз». Наверняка и здесь есть спекуляции?
• Еще в молодости я сталкивался со случаем: у ребенка болела голова, и ему начали лечить остеохондроз. Осмотрев этого мальчика, я отправил его к коллеге — нейрохирургу. 8 месяцев ребенку лечили остеохондроз, за это время в его голове развилась злокачественная опухоль. Время было упущено, ребенок умер. А ведь перед тем, как лечить остеохондроз у человека, страдающего головными болями, надо исключить опухоль. Это пример порочного мышления врачей. И как можно заподозрить остеохондроз у шестнадцатилетнего мальчика? Ведь это заболевание, характеризующееся общим старением организма.
• Есть мнение, что абсолютно всем показано носить ортопедические стельки…
• Стельки бывают профилактические и лечебные, и те и другие — индивидуального изготовления. Ведь у каждого из нас свое строения стопы, свои проблемы, также мы носим разную обувь. Профилактические стельки помогают сохранить здоровые ноги и смягчают амортизацию суставов. По-хорошему, они должны быть в нескольких экземплярах у каждого из нас — для модельной обуви, спортивной и домашних тапочек. Кстати, во Франции и Германии всю детскую обувь выпускают с профилактическими супинаторами. Так государство заботится о здоровье нации. И, конечно же, надо стараться не носить обувь, которая деформирует стопу. Многие женщины в силу любви к шпилькам склонны игнорировать прописные истины. Помню одну свою пациентку, референта министра. Я посоветовал ей носить кроссовки со стельками, она возмутилась, ведь шпильки — элемент ее униформы, ее уволят! Но я сказал мнение врача, а ей уже выбирать, кем быть — референтом или здоровым человеком. Когда-то я понял, что врач обязан рассказать пациенту все о его заболевании. Врач — не мама и не папа. Пациент сам должен выбрать наиболее подходящие ему советы и рекомендации.
• И последний вопрос — почему мы так привязаны к фармакологии?
• Лекарства, зачастую — выход для ленивых. Кто из нас не ленив? У нас «ленивая» медицина и ленивые пациенты. Однажды ко мне обратился мужчина — поклонник горных лыж. Рассказал, как вовремя «покатушек» сделал некое неловкое движение, услышал хруст. Почувствовал резкую боль в ягодице, пронзающую одну ногу до пятки… До машины его несли на руках. Мужчина не мог спокойно спать, дышать, его прокалывали обезболивающими. Но в таких нечеловеческих страданиях, с трудом держась на лекарствах, он прожил более года. Мы сделали ему одну болевую блокаду и провели три сеанса мануального массажа, после чего мужчина почувствовал себя абсолютно счастливым — у него ничего не болело! Он так долго мучился, периодически не мог ходить и думал, что его ждет полная инвалидность. Потратил огромные деньги на недобросовестных врачей, затравил организм рекордными дозами медикаментов. Его проблема в итоге решилась за короткое время за скромные деньги. И таких случаев, мягко говоря, немало…
  На самом деле все зависит от образования врача, его человеческих качеств и времени, которым он располагает. К сожалению, порой справедлива пропорция «меньше образования — больше амбиций». С одной стороны, важно внимательно относиться к сигналам, которые подает наш организм. С другой — исключить возможность попадания в бесполезную медицинскую эпопею. Важно понимать: таблетки и инъекции — уже крайние меры, а скальпель хирурга — мера экстремальная. Скорей всего вашу проблему можно решить более умно и «нежно».
  Мария Рунова