Фибромиалгия: как перестать страдать и вернуть контроль над своей жизнью

Если человек регулярно просыпается разбитым, чувствует боль во всем теле, не может выспаться даже после десяти часов сна и замечает, что резко ухудшились память и концентрация внимания, надо думать, что это повод для реальной тревоги…

Материал подготовлен вместе с нашим экспертом – врачом-терапевтом, врачом-кардиологом и врачом-физиотерапевтом Игорем Ильенко (Медцентр неврологии и ортопедии «ЗдравКлиник», ст. м. «Беговая»).

 

Фибромиалгия остается одной из самых загадочных и коварных патологий современности, и, хотя о ней заговорили относительно недавно, число пациентов с этим диагнозом неуклонно растет… При этом существует понятие «невидимая инвалидность» (invisible disabilities) – так называют тяжелые состояния, зачастую не отражающиеся в анализах. В таких случаях врачи нередко списывают симптомы на психосоматику или ипохондрию, а пациент остается наедине со своим неопознанным недугом… Хроническая боль выматывает, обездвиживает, изнуряет, ограничивает и переворачивает жизнь с ног на голову.

Тем не менее, после первой волны ковида, в 2021 году, в России появилась возможность оформлять инвалидность при фибромиалгии. Этого добились сами пациенты. Активисты из разных регионов обратились в Федеральное бюро медико-социальной экспертизы. В итоге фибромиалгию признали основанием для установления инвалидности.

 

Почему именно сейчас эта проблема вышла на первый план?

Главная причина – пандемия коронавируса, которая, как оказалось, оставила после себя не только респираторные осложнения. Спустя несколько лет после ее начала ученые накопили достаточно данных, чтобы говорить о прямой связи между COVID-19 и развитием фибромиалгии, причем результаты исследований выглядят весьма убедительно. Оказалось, что у значительной части переболевших – по разным данным, от 10 до 35 процентов – сохраняются хроническая усталость, мышечные и суставные боли, нарушения сна и памяти, и эти симптомы почти полностью совпадают с тем, что испытывают пациенты с данным диагнозом. Более того, чем тяжелее протекала инфекция, тем выше риск, что эти проявления закрепятся надолго, а в некоторых случаях они могут прогрессировать.

В одном из исследований, где наблюдали пациентов после выписки из ковидного стационара, это состояние диагностировали у каждого седьмого, а почти у девяноста процентов отмечался хотя бы один из его характерных признаков. Другое исследование показало, что даже через два-три года после госпитализации у четырех с половиной процентов переболевших сохранялись характерные симптомы, соответствующие фибромиалгии. Особенно тревожно, что риск развития хронической боли после ковида тесно связан с тревогой, депрессией и нарушениями сна – эти состояния сами по себе усугубляют течение болезни и мешают восстановлению, создавая замкнутый круг.

Ведущие мировые эксперты сегодня сходятся во мнении: у долгого ковида и этого заболевания общий механизм развития, связанный с тем, что нервная система после сильного стресса уже не может вернуться в нормальный режим работы. Причем некоторые представители мирового научного сообщества даже предполагают, что долгий ковид – это, по сути, та же фибромиалгия, только под другим названием, и эта гипотеза находит всё больше сторонников.

Но коронавирус – не единственная причина, побудившая медиков обратить пристальное внимание на данную патологию. Ревматологические заболевания «молодеют» и становятся массовее: среди пациентов с ревматоидным артритом или волчанкой это состояние встречается в 15–30 процентах случаев, что в 2–3 раза выше, чем у здоровых людей. И еще один фактор – 2026 год отмечен рекордной активностью клещей, а болезнь Лайма считается одним из доказанных триггеров данного заболевания, что добавляет проблеме дополнительную остроту.

История пациента

«Моя история – это 13 неврологов за шесть лет. Начали болеть суставы, лицо, уши, зубы, язык – фактически всё, от макушки до кончиков пальцев. Уровень боли нарастал. Больше года врачи не могли определить причину этого состояния. В какой-то момент стало казаться, что всё совсем плохо и, возможно, я вообще не узнаю, что со мной происходит. Когда начали болеть уши и зубы, я пошла к лору, потом – к стоматологу. Оба сказали, что с их стороны проблем нет, порекомендовали обратиться к ревматологу. Эта карусель может длиться годами до постановки верного диагноза. Получить правильный диагноз – это невероятная, просто невозможная удача», – рассказывает наша читательница Дарья Н., 32 г., Москва.

 

Исторический экскурс

Впервые о состоянии, похожем на фибромиалгию, заговорили еще в начале прошлого века, когда британский невролог Уильям Гоуэрс предложил термин «фиброзит» – от латинского слова, обозначающего соединительную ткань. Он считал, что причина боли кроется в воспалении мышечных волокон и связок, но вскрытия и микроскопические исследования это не подтвердили, из-за чего болезнь словно растворилась в воздухе, и о ней забыли почти на семь десятилетий. Только в 1970-х канадские ученые Смайл и Молдофски вернулись к этой загадке и переименовали состояние в «фибромиалгию», подчеркнув главное: это не воспаление, а именно боль, и связана она с нарушением работы нервной системы. В 1990 году Американская коллегия ревматологов наконец признала эту патологию официально и предложила способ диагностики – нужно было надавить на определенные точки на теле и спросить пациента, больно ли ему, но этот метод был несовершенным, и врачи часто ошибались. В 2016 году критерии пересмотрели: от пальпации точек отказались, а диагноз стали ставить на основе совокупности симптомов – боли, усталости, нарушений сна и памяти, благодаря чему фибромиалгия окончательно перестала быть «диагнозом исключения» и стала полноценным клиническим состоянием.

 

Какие заболевания служат триггерами?

Фибромиалгия не возникает на пустом месте: исследования подтверждают, что ее запускают определенные спусковые механизмы, причем часто они сочетаются друг с другом, усиливая негативный эффект. К инфекционным триггерам относят COVID-19, болезнь Лайма, вирус Эпштейна-Барр и парвовирус – все они способны нанести удар по нервной системе. Ревматологические заболевания – ревматоидный артрит, системная красная волчанка, остеоартрит, анкилозирующий спондилит – также часто предшествуют развитию этой патологии или сочетаются с ней, создавая сложную клиническую картину. Физические травмы, такие как автомобильные аварии, падения, хирургические вмешательства, – всё это может стать тем самым толчком, после которого нервная система дает сбой. Эмоциональные травмы и хронический стресс не просто провоцируют заболевание, но и делают его симптомы более тяжелыми, что подтверждают исследования 2024 года. Гормональные нарушения, особенно гипотиреоз, также часто сопровождают это состояние, а генетическая предрасположенность повышает вероятность развития патологии в 8 раз, если она уже есть у близких родственников.

В целом, около половины риска связано с генетическими факторами, половина – с воздействием внешней среды. Важно понимать, что у каждого пациента триггер может быть своим, но механизм всегда один: перегрузка нервной системы приводит к сбою в регуляции болевых сигналов.

Важно

Несколько интересных фактов, которые подтверждают ученые:

МРТ-исследования показывают, что мозг людей с фибромиалгией реагирует даже на легкое прикосновение как на сильную боль.

Фибромиалгию не могут обнаружить анализы крови или рентгеновские снимки.

Синдром часто передается по наследству. Если у близкого родственника есть фибромиалгия, риск заболеть возрастает в несколько раз.

Связь с микробиомом: Последние исследования кишечной микрофлоры выявили значительные различия в составе бактерий у людей с фибромиалгией по сравнению со здоровыми людьми, что указывает на связь между кишечником, воспалением и мозгом.

 

Почему так трудно распознать фибромиалгию?

Это заболевание – диагноз исключения, и его можно спутать со многими другими патологиями, что делает диагностику особенно сложной задачей.

Симптомы фибромиалгии бывают созвучны с ревматологическими – та же боль в суставах и утренняя скованность, но анализы крови остаются чистыми, что сбивает врачей с толку. При этом боли в груди и сердцебиение могут имитировать ишемическую болезнь сердца. Есть схожесть и с гипотиреозом – утомляемость и мышечная слабость. Нередко возникают подозрения и на различные неврологические расстройства. Дополнительную смазанность создают мигрени, онемения, покалывание в конечностях. Именно поэтому при фибромиалгии решающее значение имеет дифференциальная диагностика.

 

Фибромиалгия влияет на весь организм

Это системное заболевание, которое не ограничивается мышцами: оно поражает многие органы и системы.

Сердце и сосуды – израильское исследование 2024 года показало, что ишемическая болезнь сердца встречается у пациентов с фибромиалгией на 43 процента чаще, и связь эта двусторонняя: данное состояние повышает риск ИБС, а ИБС, в свою очередь, повышает риск развития этой патологии.

Желудочно-кишечный тракт – син­дром раздраженного кишечника наблюдается почти у большинства пациентов.

Нервная система – головные боли, головокружения, онемения, «мурашки» в конечностях, а также «фибро-туман», то есть проблемы с памятью и концентрацией.

Психика – практически в половине случаев данное состояние сочетается с тревогой и депрессией.

 

Комплексная терапия

Первый этап – изменение образа жизни.

Это базовая подготовка, без которой любые последующие шаги работают хуже. Речь идет о нормализации сна и бодрствования, отказе от алкоголя и кофеина, коррекции питания.

Второй этап – физическая активность и психотерапия.

На этом этапе назначаются услуги, направленные на восстановление физического и психоэмоционального состояния. Это индивидуальные и групповые занятия лечебной гимнастикой, которые подбираются с учетом состояния пациента. Параллельно может проводиться индивидуальная психотерапия  и индивидуальное психологическое консультирование. Подбор конкретных услуг осуществляется врачом на основании клинических показаний.

Третий этап — физиотерапия.

В программу лечения могут быть включены дополнительные услуги. Это воздействие синусоидальными модулированными токами, общая магнитотерапия, низкоинтенсивное лазерное облучение крови  и ударно-волновая терапия. Их выбор определяется врачом-физиотерапевтом.*

* Имеются противопоказания. Необходима консультация специалиста.

 

Особенности лечения при сочетании с ревматологическими заболеваниями

Когда у пациента одновременно диагностированы ревматоидный артрит и фибромиалгия, лечение превращается в сложную задачу, требующую от врача высокой квалификации и клинического опыта. Успешное лечение артрита, когда воспаление подавлено, не всегда приносит облегчение: боль может сохраняться, и это сигнал о том, что ее источник – не в суставах, а в центральной нервной системе. Здесь важно различать два типа боли: воспалительная возникает из-за повреждения тканей, она поддается противовоспалительной терапии и уменьшается по мере заживления; центральная боль – следствие того, что мозг искаженно воспринимает сигналы. При фибромиалгии именно этот механизм выходит из-под контроля. Поэтому сочетание двух заболеваний требует высокой ответственности и исключительной квалификации лечащего врача.

 

Не отчаивайтесь!

Современные центры лечения боли применяют нелекарственные методики, обеспечивающие стойкое улучшение самочувствия. Фибромиалгия – не приговор, но это серьезный сигнал, требующий ответа. Не терпите боль, ищите врача, который понимает это заболевание, и готовьтесь к комплексной работе – это не просто «попить таблетки», а полное изменение образа жизни!

 

Наша справка: Фибромиалгия

Фибромиалгия – хроническое состояние, при котором мозг перестает адекватно обрабатывать сигналы, из-за чего обычные ощущения начинают восприниматься как сильная боль. У данного заболевания нет лабораторных маркеров, оно не видно на МРТ, однако оно разрушает качество жизни сотен тысяч людей по всему миру, и это делает его одной из самых серьезных проблем современной неврологии.

Распространенность фибромиалгии в среднем составляет от 2 до 4 процентов населения, а среди женщин этот показатель достигает 8–9 процентов. Пик заболеваемости приходится на возраст 25–45 лет, причем женщины болеют в 7–10 раз чаще мужчин. Причины этого до конца не ясны: обсуждаются гормональные, психосоциальные и стрессовые механизмы, но ни один из них не доказан окончательно, что оставляет широкое поле для дальнейших исследований.