Ранняя реабилитация: критическая важность

Столкнувшись с заменой сустава, многие пациенты ожидают быстрого возвращения к нормальной жизни, уповая на руки опытного хирурга и качество устанавливаемого протеза. Казалось бы, все просто, как в кино: «поставил протез – и пошел». Но почему реальность оказывается сложнее, почему так важно избежать осложнений и добиться максимального восстановления? Об этом мы поговорили с нашим экспертом – травматологом-ортопедом, доктором наук, профессором Алексеем Бабовниковым.

 

Не все из нас знают, что операции на суставах, в частности эндопротезирование, являются лишь частью комплексного лечения, которое включает в себя предоперационную подготовку, хирургическое вмешательство и реабилитационный период.

Эндопротезирование (замена поврежденного сустава на искусственный) призвано значительно улучшить качество жизни. При этом для достижения наилучших результатов необходимо полноценное восстановительное лечение.

 

– Давайте начнем с главного: примеры мировых звезд говорят о том, что с новым суставом можно жить как и раньше. Но почему после успешной, казалось бы, операции на суставе (коленном, тазобедренном, плечевом) пациент оказывается не столь функционален, насколько он ожидал?..

– Потому что операция решает проблему анатомии, но не восстанавливает функцию. Хирург устраняет повреждение – разрыв мениска, связки, устанавливает протез. Но к моменту операции у пациента уже, как правило, сформировались серьезные компенсаторные изменения. Возьмем артроз коленного или тазобедренного сустава (гонартроз, коксартроз). У таких пациентов почти всегда есть функциональный перекос таза и сопутствующая патология поясничного отдела позвоночника. После установки протеза сустав болеть перестает, но боли в пояснице часто остаются или даже усиливаются, потому что первопричина – нарушенная биомеханика – не устранена. Таким образом, задача специалистов – восстановить правильное движение.

 

– То есть операция делается на фоне уже «сломанной» биомеханики тела? Получается, без последующей коррекции результат будет неполным?

– Совершенно верно. Мы оперируем «сломанного робота». Если не восстановить правильные паттерны движения, не укрепить мышцы, не поработать с сопутствующими проблемами (той же поясницей), пациент не сможет полноценно пользоваться новым суставом. Более того, игнорирование реабилитации может привести к ухудшению ситуации.

 

– А что происходит, если реабилитацию вообще не проходят или откладывают?

– Последствия могут быть очень серьезными. Приведу пример: вот пациент после артроскопической операции на плечевом суставе (пластика суставной губы). Операцию сделал прекрасный хирург. Но мужчина 6 недель проходил в ортезе, ему не объяснили необходимость ранней разработки сустава. Когда он пришел к врачу, рука висела как плеть, не поднималась, не было силы даже сжать кисть. Развилась контрактура (ограничение подвижности) и гипотрофия мышц (уменьшение объема и силы). Восстанавливать функцию пришлось долго и сложно.

 

– Это касается только плеча?

– Нет, это универсальная проблема. Возьмем локтевой сустав. Если после операции, например, на локтевом отростке, пациент долго (6-8 недель) находится в гипсе, сустав может зарасти рубцовой тканью, развивается фиброзная контрактура. Устранить ее потом крайне сложно, иногда требуется повторная операция – артролиз (иссечение рубцов). И время здесь критично: чем дольше сустав обездвижен, тем тяжелее последствия и дольше восстановление.

 

– Значит, ключевой фактор успеха – время начала реабилитации?

– Абсолютно! Ранний послеоперационный период – окно максимальных возможностей. Наша задача – «поймать» пациента как можно раньше, сразу после снятия швов и заживления мягких тканей. Для артроскопических операций – это примерно 2 недели, для эндопротезирования – 3-4 недели.

 

– Что происходит в этот ранний период и почему так важно его не пропустить?

– В первые недели после операции главные проблемы – это отек, воспаление и боль. Поэтому первоочередная задача врача – быстро купировать эти явления. Для этого используется комплексный подход:

 Физиотерапия: магнитотерапия, СМТ-токи (для снятия отека), фонофорез (в зависимости от локализации), лазер – для уменьшения боли и воспаления.

 Рефлексотерапия/инфузионная терапия: для снятия болевого синдрома и улучшения трофики тканей.

 Ранняя активизация: как только «острая» фаза позади, могут быть задействованы:

• лечебная физкультура (ЛФК): индивидуально подобранные упражнения;
• остеопатическая коррекция: с целью восстановления биомеханики опорно-двигательного аппарата, устранения перекосов таза движения и улучшения «погоды» во всем организме.

Логично подключить и аппаратную механотерапию: во многих случаях это как раз помогает восстанавливать движение и силу мышц в условиях разгрузки.

 

– Если пациент приходит к вам через 2 недели и через 6 недель – какая будет разница в сроках восстановления?

– Разница колоссальная! Если пациент попадает в руки реабилитологов в оптимальные сроки (2-4 недели, в зависимости от операции), восстановить полноценную функцию можно за несколько недель (условно, за 4 недели при хорошем раскладе). Если же он приходит через 6 недель и позже, когда уже развилась стойкая контрактура и гипотрофия, реабилитация может затянуться на 3-4 месяца и больше. Чем позже – тем сложнее и дольше.

 

– Помимо проблем с самим суставом, есть ли другие риски при отсутствии своевременного восстановительного лечения?

– Да, особенно для пожилых пациентов. Здесь есть риски гипостатической пневмонии: из-за длительного лежачего положения и снижения вентиляции легких. Это пролежни, тромбоэмболические осложнения (риск тромбоза глубоких вен). Иммобилизационный остеопороз, развивающийся из-за длительной неподвижности. В костях опорной конечности, которой пациент не пользуется, быстро развивается локальное снижение плотности костной ткани (остеопороз), что повышает риск переломов. В тяжелых случаях может развиться комплексный региональный болевой синдром (синдром Зудека) – мучительное состояние с сильной болью, отеком, изменением цвета кожи, также характеризующееся остеопорозом.

 

– При этом часть пациентов считают, что «само пройдет», или ограничиваются простыми упражнениями, взятыми из интернета. Чем это грозит?

– Это основная ошибка. Во-первых, без профессионального контроля пациент может недогрузить сустав (замедляя восстановление) или, что хуже, перегрузить его, повредив оперированные структуры. Во-вторых, без коррекции биомеханики всего тела (перекосы таза, проблемы с позвоночником) полноценного восстановления не добиться. Простые памятки не учитывают индивидуальных особенностей и сопутствующих проблем. Результат – сохранение хромоты, боли, ограничение функции, разочарование в результате операции («врачи ничего не умеют»), хотя вина часто лежит на отсутствии адекватной реабилитации.

 

– Нужно ли как-то готовиться к операции, с точки зрения реабилитолога?

– Идеально – да. Если позволяет состояние (не всегда это возможно из-за боли и функциональных ограничений), работа с мышцами, улучшение общего физического состояния до операции может облегчить послеоперационный период и ускорить восстановление. Но ключевое – это попасть на реабилитацию после оперативного вмешательства.

 

– Требуются ли в послеоперационном периоде определенные обследования, помимо работы с движением?

– Обязательно. Наркоз и сама операция – нагрузка на организм, поэтому, как правило, назначаются общий и биохимический анализ крови. Это делается, чтобы оценить восстановление после возможной кровопотери (гемоглобин, ферритин), функцию печени (печеночные ферменты), исключить анемию, проверить общий белок (важен для восстановления тканей). Смотрятся и маркеры воспаления (СОЭ, С-реактивный белок): для контроля заживления и исключения инфекционных осложнений. Лабораторные исследования – дополнительная подстраховка, чтобы вовремя скорректировать любые отклонения.

 

– Ваш главный совет пациентам, которым предстоит или которые только что перенесли операцию на суставе?

– Не надейтесь, что операция сама по себе «лечение под ключ». Хирург восстанавливает анатомию. Реабилитолог восстанавливает функцию. И это не менее важная часть лечения. Не затягивайте! Найдите клинику или центр, специализирующийся на ранней послеоперационной реабилитации опорно-двигательного аппарата, и обратитесь туда сразу после снятия швов, в те самые критические 2-4 недели. Дисциплинированно выполняйте назначения специалистов. Только так вы сможете вернуть себе полноценное движение и качество жизни, ради которого и делалась операция. Помните: время – ваш главный союзник или враг в восстановлении. Выбирайте союзника.

 

Факт

Звезды спорта и шоу-бизнеса доказывают!

 

Замена сустава – не повод для переживаний, это новый старт!

Легенда большого тенниса Энди Маррей годами жил и побеждал на корте с болью в бедре. В прессе стали появляться предположения о завершении его карьеры. Январь 2019-го должен был стать точкой. Но Маррей выбрал риск и решился на замену тазобедренного сустава. А менее чем через год одержал победу в турнире в Антверпене! «Многие говорили, что я должен уйти. Это только добавило мне мотивации», – признавался впоследствии спортсмен.

Подвиг Энди Маррея незамедлительно вдохновил французского футболиста Ромена Венсело. Его ожидала серьезная работа, бешеный самоконтроль в процессе непростой реабилитации, а также это был год мучительных сомнений и поисков клуба. И вот – возвращение! В прошедшие выходные он вышел на поле за «Стивенейдж Боро» в Кубке Лиги. «Похоже, я первый проффутболист, вернувшийся после такой операции. Надеюсь, протопчу дорожку для других. Нет лучшего чувства, чем делать то, что любишь!» – заявил Ромен после матча. 64 минуты без боли – его первая мощная победа!

Но Маррей и Венсело – не одиноки в своей «металлической» отваге. Баскетболист Расселл Уэстбрук (звезда НБА!) играет на запредельном уровне после замены коленного сустава еще в 2013 году. Его взрывная мощь и прыгучесть – лучшее подтверждение самого жизнеутверждающего посыла – «невозможное возможно».

Легендарный вратарь Джон О’Ши (бывший игрок «Манчестер Юнайтед») вернулся в большой футбол после замены плечевого сустава в 40 лет! А культовый игрок в американский футбол Бретт Фавр (икона NFL) бросал пасы с новым локтем! Легенда американского хоккея Джордж Ларак (NHL) выходил на профессиональный лед после замены обоих тазобедренных суставов!

Икона фитнеса Джейн Фонда (76 лет) продолжает активную жизнь с новым бедром и коленом. Она не просто свободно двигается, но и катается на велосипеде, танцует, радуя отличной физической формой и «молодой» пластикой.

Бетт Мидлер (78 лет) – божественная Мисс М! Два искусственных бедра не помешали ей вернуться на Бродвей с грандиозным шоу «Hello, Dolly!» и продолжать зажигать поклонников фирменным шармом и энергией. Ее возвращение стало триумфом человеческой воли и современной медицины.

Джек Николсон (87 лет): самый харизматичный «Джокер», ритм жизни которого не оставляет шансов самому страшному и непобедимому врагу, имя которому – старость…

 

Как им это удается?

Современные технологии: высокотехнологичные эндопротезы из сверхпрочных сплавов и керамики рассчитаны на активную жизнь.

Высокий профессионализм хирургов: операции по эндопротезированию поставлены на поток и прекрасно отработаны. Они более инвазивные (щадящие), сами протезы – из высокопрочных инновационных материалов, в их изготовлении используется, в том числе, 3D моделирование.

Железная дисциплина: месяцы упорной реабилитации под контролем опытных специалистов, ЛФК и посильное движение – ежедневный ритуал и максимальный шанс на успех лечения.

Любовь к жизни: любовь к своему делу и потребность непрерывного развития в профессии.